Можно ли изменить темперамент: на какой повтор смотрит ГСР вместо «типа»
«Я такой по характеру» — и на этом разговор обычно заканчивается. Фраза удобна тем, что не требует разбирать, что именно повторяется. Один человек говорит «я интроверт», потому что после насыщенного дня ему хорошо побыть одному. Другой той же фразой объясняет, почему годами не звонит незнакомым людям, хотя сам хотел бы иначе. Слово одно, а положения дел за ним разные. ГСР (Глубинная Система Развития) не отвечает на вопрос, можно ли изменить темперамент как научно описываемое свойство человека. Предмет метода другой и более узкий — наблюдаемый повтор: как в похожих ситуациях человек считывает происходящее и как поступает.
Почему для ГСР недостаточно вопроса «врождённое или приобретённое»
Спор обычно устроен как выбор из двух. Либо родился таким — тогда менять нечего. Либо жизнь сделала — тогда чаще всего добавляют, что уже поздно. Характер врождённый или приобретённый: ответ в любую сторону одинаково закрывает тему, и дальше говорить не о чем.
Сразу оговорюсь. Мы не спорим с тем, как эти слова используют учёные, и не выясняем, какой термин правильный. Свойства нервной системы изучают в своих дисциплинах, и метод в это поле не заходит — ни подтверждать, ни оспаривать там нечего.
Дело в другом. В обычной речи «темперамент», «характер» и «я такой» обозначают разное, а произносятся как одно. За ними стоит и то, что человек замечает в себе изнутри, и то, что видят со стороны, — а это далеко не всегда совпадает. Поэтому вопрос переставляют иначе: не врождённое или приобретённое, а что здесь относится к складу человека, а что — отдельный ход, который повторяется в определённых ситуациях. Второе можно рассмотреть по частям.
Что в модели ГСР называют тенденцией
Слово «тенденция» — рабочее, внутреннее. Дальше оно понадобится не раз, поэтому переведём его на обычный язык сразу и один раз.
Тенденцией в модели ГСР называют наблюдаемый повтор хода: устойчивое состояние, из которого похожие ситуации считываются одним и тем же способом и приводят к одному и тому же варианту действия. Это не тип личности, не склад человека и не описание человека целиком: таких мест у одного человека может быть несколько, и каждое занимает своё место, а не всю его жизнь.
Порядок в этой модели такой: устойчивое состояние — то, как в этом состоянии воспринимается и осмысляется ситуация — привычный способ действия. Это устройство рабочей модели, а не установленный закон психики: так на повтор удобно смотреть, и разбор идёт по этим же звеньям.
Что называют устойчивым состоянием, стоит пояснить отдельно. Не настроение и не реакцию на конкретное событие, а тот фон, который человек за собой не замечает, потому что он с ним всё время. Из этого фона ситуация и считывается — как что-то, что нужно пережидать, или как что-то, во что можно войти. Отсюда и разница в действиях при одинаковых обстоятельствах.
Три уточнения, без которых слово будет понято неправильно.
Первое: предметом становится не название, а повтор в связке «как воспринял — как поступил». Не то, каким человек себя считает, а то, что за этим каждый раз происходит.
Второе: внешне похожий рисунок поведения у двух людей не означает, что за ним стоит одно и то же. Людей, которые в неприятном разговоре замолкают, много, а происходит при этом у каждого своё. По внешней картине этого не видно, поэтому распределение по типам и наборам признаков здесь помогает мало. Двое из первого абзаца — ровно этот случай: слово «интроверт» одно, а спрашивают они о разном.
Третье: тенденция — не то же самое, что склад человека. Различия в темпе или в том, сколько общения человеку комфортно, сами по себе поводом для разбора не становятся.
От привычки тенденцию отличает предмет описания, а не частота повторений. Привычка — это повторяющееся действие. Тенденция — связка состояния, восприятия ситуации и действия: не только то, что человек делает, но и то, из чего он в этот момент исходит.
Для разбора существенно и то, что такой повтор может сохраняться и тогда, когда человек его замечает и намерен действовать иначе. Именно этот разрыв — между тем, что человек видит, и тем, что у него выходит, — обычно и становится поводом разбираться дальше.
Почему повторяющийся способ реагирования не приравнивают к темпераменту
Метод не объясняет устройство нервной системы и это поле не занимает. В модели рассматривают другое: может ли привычный способ реагирования держаться на устойчивом состоянии — и меняться вместе с ним.
Модель позволяет задать другой вопрос: держится ли привычный ход на этом фоне — и останется ли он тем же, если фон перестанет быть единственной точкой считывания. Это постановка взгляда, а не отчёт об исходах и не обещание, что ход сменится. Следует из неё только одно: повторяющийся способ реагирования не относят автоматически к неизменным свойствам человека, а рассматривают как отдельный повтор со своими звеньями.
И сразу обратное ограничение, без которого из сказанного сделают неверный вывод. Изменение способа реагирования не доказывает, что изменился темперамент. Из того, что человек стал вести себя иначе в знакомой ситуации, ничего не следует о его нервной системе — следует только то, что в этой ситуации у него появился другой ход.
Практическая сторона у такой постановки простая: развилка «менять или смириться» перестаёт быть единственной. Появляется третий ход — рассмотреть, что именно повторяется, и уже после этого решать, есть ли тут о чём говорить.
«Я интроверт — это навсегда?» Два содержания одной формулы
Под этой фразой обычно лежат два разных положения дел.
Первое. Человек быстрее устаёт от общения и восстанавливается в тишине. Вечер без людей для него отдых, а не избегание, и живёт он с этим спокойно. Для метода здесь нет задачи.
Второе. Человек не звонит, не пишет и не идёт туда, куда сам хотел бы пойти: каждый такой шаг даётся через одну и ту же тяжёлую реакцию, после которой он от действия отказывается, — и объясняет это той же фразой. Он и сам не в восторге от того, как это устроено, годами упирается в одно и то же место, и разумные доводы помогают мало. Вот здесь есть о чём говорить.
Граница между этими двумя случаями проходит не по желанию «было бы легче». Легче хотелось бы почти каждому уставшему человеку, и по этому признаку ничего не различить. Она проходит между особенностью, с которой человеку нормально, и повторяющейся реакцией, при которой он раз за разом действует не так, как хотел бы.
Два уточнения к этой границе. Недовольство собой само по себе повтор в тенденцию не превращает: можно не любить свою немногословность и при этом жить с ней спокойно. И склад не становится задачей оттого, что он неудобен окружающим, — «ты бы был поактивнее» здесь не аргумент.
Списков признаков, тестов и заданий дальше не будет. По описанию в тексте про себя ничего не определяется: описание слишком общее, и такой задачи у него нет.
Чего этот взгляд не означает
Единого правильного склада метод не предполагает. Различия в темпе и в том, сколько общения человеку комфортно, не образуют шкалу «норма — сбой», и приводить всех к одинаково спокойному состоянию — не задача.
Изменение одной повторяющейся реакции не означает смены личности целиком. Речь идёт о конкретном месте, а не о переустройстве человека под другой образец.
И отдельно: там, где нужна помощь врача или психотерапевта, метод её не заменяет и на эту территорию не заходит. Сравнение с разговорными форматами вынесено на отдельную страницу — чем ГСР отличается от привычных форматов работы.
Как этот вопрос разбирают в ГСР
Чем такой разбор отличается от бытового ответа — четыре пункта.
Не спорят с названием. Если человек называет себя интровертом, никто не доказывает ему обратное: слово оставляют как есть и смотрят, что за ним стоит в его случае.
Выделяют конкретный повтор. Не «характер» целиком, а определённое место: какая была ситуация, что человек в ней воспринял, как поступил, чем это кончилось — и повторялось ли то же самое в других похожих случаях.
Не делают вывод по одному внешнему поведению. Одинаковое со стороны действие у двух людей может держаться на разном, и по картинке это не определяется — рассматривают конкретные ситуации и их повтор, а не догадку по типажу.
И смотрят, особенность это или ограничивающая реакция. От ответа зависит, относится ли случай к предмету метода, и ответ «не относится» — такой же рабочий итог разговора, как любой другой.
Общая логика метода и его границы подробнее разобраны на странице о ГСР. Отдельно описан и формат разговора со специалистом.